Стрельбище

Он очень любил рыбалку. Вот очень. Встать так утречком, сложить в машину снасти, удочки, приманки, термос с горячим чаем, на перекус там чего и рвануть. Посидеть у воды, пока домашние еще спят, солнце низко, а по воде туман. Подумать о чем то своем, без суеты, без спешки.

Жена знала об этой страсти и часто ему прощала. Утренние отлучки, снасти, раскиданные по дому, рыбу от вида которой плакал даже их непутевый кот. А еще невнимательность что ли к делам семьи, как например, постоянные пропуски мужем родительского собрания в саду или школе единственного их сына. Знала, муж просто такой, не может сидеть взаперти, сердцем все ищет свободы.

Но как же она удивилась, когда муж вдруг купил ружье. В один день сказал, что в стране вот война, волнения, что жить становится все опасней и надо как-то обороняться. А уже через неделю притащил домой помповое ружье да еще сразу в оружейном кейсе. Хорошо хоть так, ведь нечего было их семилетнему сыну лазать по отцовским ружьям.

В ту весну он, как обычно рыбачил. Сидел себе сам на пруду, мерял поплавки неторопливым взглядом. А еще много думал. О том, что работа совсем приелась, дома все понятно на вечность вперед, а из новинок разве что спиннинг у соседа Вовки. Тот обещал его взять на щучку, но чуток попозже. Занят был Вовка новой своей страстью, стрельбой из пневмата.

Уже решил собираться, как вдруг примчался сам Вовка. На мотоцикле, с ружьем на плече, будто какой Терминатор. Резко вскочил из седла, подбежал и начал тараторить на своем непонятном наречии. Из всего сказанного было только понятно, что сейчас акция на покупку ружей, что варианты просто отличные, а Вовке еще и перепадет бонус, если он приведет друга. Короче, им надо испробовать, как все работает, а потом сразу в магазин выбирать.

Он решил с Вовкой не спорить. Во первых, тот был с оружием. Ну и плюс, рыба все равно не клевала, так что просто сидеть в ожидании было бы как-то неумно. А еще домой вот совсем не хотелось. Чтобы снова там слушать про маленькие успехи сына и очередные рецепты какой то снеди. Так что попробовал для проформы помповик Вовки, а потом сразу поехал с ним же смотреть оружие.

В магазине было полутемно и совсем безлюдно. Несмотря на акцию. А может из-за разгара рабочего дня. Вовка возбужденно бегал по залу, показывал образцы, пояснял характеристики каждого из экземпляров.
Он слушал совсем невнимательно. Еще при входе заметил красивые, подведенные глаза с холодно синим отливом, нацеленные на него из-за прилавка как из оборонительного окопа. Продавщица не спешила выходить к новым клиентам, лишь молча наблюдала за их импульсивной ходьбой от стеллажа к стеллажу.

Наконец мужчины успокоились и она предложила им проверенных турков из серии Hatsan Escort. Вовка одобрил выбор и снова куда-то убег. Очередные дела вечно спешащего соседа. А он вот остался. Надо было заполнить кое-какие бумаги, плюс разузнать процедуру получения разрешения на оружие.

Она говорила медленно, словно выводила каждую букву красивым алым ртом в окружении белоснежных зубов. А он все слушал, задавал уточняющие вопросы. Скорее не для того чтоб разобраться, а лишь бы снова услышать ее голос.
Наконец, все было означено, договорились о следующей встрече.

В тот же вечер он рассказал жене о важности оружия для самозащиты. А уже через неделю привез домой оружейный кейс и еще в смазке новенький помповик. Сразу сказал, что оружие работает только тогда, когда им умеешь пользоваться, а потому ему понадобятся тренировки. Будет ездить за город в степь, стрелять там по бутылкам и банкам. Жена сопровождать отказалась зразу. Не видела себя ни в степи, ни с ружьем.

Пачку патронов он выстрелял быстро. Поехал за новыми в тот же магазин, снова увидел ее. Как-то слово за слово разговорились, оказалось, она тоже стреляет. Но в последнее время не часто, с зарплатой продавщицы много не настреляешь. Он же тренировался рано, заканчивал еще до открытия ее магазина. А ехать домой все равно через ее работу. Так может она? Предложил так смело, по-свойски. Словно они уже года четыре дружили домами. Сказал и покраснел до корней, благо, она не видела. А она как то быстро на все согласилась и уже в следующее утро они ехали пострелять.

Уже на месте расставили банки, зарядили ружье. Он решил стрелять первым, хотел проверить оружие. Но при ней очень тряслись пуки, ладони потели и грозились упустить помповик. Она просто подошла сзади и обхватила его с ружьем, желая помочь правильно встань на позицию. Он стоял не шелохнувшись и боялся даже дышать. Наконец, не выдержал и повернулся к ее лицу. Просто притянул голову к своим губам и поцеловал горячо и нежно. Она не отстранилась, наоборот, даже как-бы прильнула к нему всем телом, словно стараясь запечатлеть память о поцелуе в каждой клеточке своего тела.

В тот день они не стреляли. Сразу пошли к машине, там же разложили сиденья. Он брал ее страстно и быстро. Как возбужденный школьник на первом серьезном свидании. А потом успокоился и уже никуда не спешил.
Так повторялось почти каждый день весь следующий месяц. А потом она приболела. Голой купалась в туманном пруду, но был холодный утренний ветер. Она осталася дома, болеть обещала с неделю.

А он решил таки съездить, потренироваться в стрельбе. Взял помповик, все ту же пачку патронов к нему, пустые бутылки. Со злости выстрелял целую пачку. Потом незаряженным все целился по бутылкам, как-бы посылая в мишени заряды собственной злости.

Когда успокоился, решил возвращаться домой. Сложил оружие, сел за руль. Открыл оба передних окна, желая проветрить салон. Включил зажигание, автоматически зазвучало радио. Динамики быстро наполнили машину хрипотцой голоса Вакарчука. Тот надрывно кричал в динамики свою культовую “Не йди”.
Он развернул машину, всмотрелся в дорогу и нажал на педаль газа. Отъехал метров пятьдесят и вдруг неожиданно для себя разрыдался. Он рыдал и рыдал, слушал песню и кричал прямо в открытое окно “Я благаю не йди…”.

Все время, пока звучала песня, перед глазами стояли лица. Жена, сын и Она. Лица перекрывали дорогу. Куда ехать, было совсем непонятно.

Facebook Comments

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *