Только на них и надёжа

Она встала вместе с воскресным солнцем, когда дом еще спал. Красный расплавленный диск нехотя поднимался над крышами ближайших домов, медленно окрашивая металл в цвет ржавчины, оживляя пустые глазницы запыленных окон. Все было готово уже через полчаса: ячменная каша, кости из супнабора, таблетки от паразитов.

Шаркая, она вышла в пустынный двор и медленно побрела в дальний полутемный угол. Там нелепой клеенкой поверх сруба из остаток досок, реек и старых дверей белела собачья будка. Ее поставили вначале зимы. Кусачий мороз еще только переходил в надоедливые снегопады, позже укравшие половину декабря и весь долгий январь. Нескольких неравнодушных соседей тогда спешно скинулись материалами, снеся их с захламленных балконов и полутемных подвалов. Она же нашла умельца, и тот за чекушку и пятьдесят гривен слепил все в собственный дом для двух бродячих сук, кобеля и пары щенков.

Собственно, бродячими те не были никогда. Всю свою жизнь жили в этом дворе, как до того их родители. Может, и деты-прадеды, они не знали. Псины ревностно охраняли двор от чужаков, важно сопровождали каждого от подъезда и до выхода в шумный город. И потом строго следили, чтобы в двор не зашел никто посторонний. Это не нравилось почти никому из коммунальщиков, служб доставки, гостей и приезжих. Да и посетителям студии красоты, открывшейся в одной из старых квартир с новым ремонтом.

А ей вот нравилось. Как и кормить собачек каждое утро нехитрой снедью, приготовленной из скудных запасов одинокой пенсионерки. Обычно собаки ждали еще метров за десять до будки. Сидели смирно, поджав под себя хвосты, нетерпеливо облизываясь в предвкушении утренней трапезы. Часто, единственной за весь пронзительно долгий день.

Сегодня их было четверо. Альба, мать малышей, почему-то отсутствовала. Ее не было ни в будке, ни во дворе, как и нигде в округе.

Субботним вечером Альба лежала на крыльце одного из подъездов, греясь на теплом бетоне. Уснула и не заметила молодого соседа, направляющегося домой нетвердой походкой. Тот шел под шафе и в приподнятом настроении, с единственной мыслью выспаться перед голосованием в воскресенье. Последние три недели парень тяжело работал на одного из рейтинговых кандидатов, раздавая с утра и до ночи агитки, призывая пойти на выборы. Услужливо заглядывал каждому в глаза, просил наконец изменить страну. Субботний день тишины стал для него первым днем полноценного отдыха, который парень провел на природе с друзьями.

Не ясно как, но он наступил Альбе на лапу. Не понятно зачем, но еще и вдогонку пнул прямо в сонную морду. Собака инстинктивно цапнула обидчика за ногу, больно прокусив щиколотку и разорвав модные штаны парня. Тот не на шутку взвинтился. Быстро исчез в дверях подъезда, через минуту вернулся в тех же штанах и с травматом в руке. Собака, привыкшая доверять людям, виновато потянулась носом, как бы извиняясь за свою оплошность и причиненные неудобства. Парень выпрямил дрожащую руку с оружием, приставил ствол к голове собаки и трижды выстрелил. Весь последующий вечер он истошно искал мешок, копал могилу на соседнем пустыре, долго мыл руки и боялся смотреться в зеркало.

Они увиделись на участке. Встали в одну очередь на получение бюллетеня. Он поздоровался первым, спросил, нужна ли какая помощь. Ведь шрифт в бюллетене как всегда мелкий, а фамилий как всегда много. Поблагодарила и отказалась, были очки. А еще слышала по телевизору, что такую вот помощь могут считать нарушением и бюллетень просто не засчитают.

А ей было важно, чтобы все засчитали. Ей были нужны перемены. Люди стали совсем злые. Про таких говорят, что хуже собак. Может и так, но собаки ведь добрые. Как и этот вот парень. Только на них и надёжа…

Facebook Comments