Не пригодились

Когда муж заболел, она сразу купила таблетки. В ближайшей аптеке, парацетамол без рецепта. Если у человека температура, всегда нужен парацетамол. Не новомодные там препараты с очень сомнительным действием, а годами проверенный парацетамол. Он еще и дешевый. Когда мужу стало значительно хуже, она вызвала врача на дом и снова купила все, что тот прописал. Лекарств было много, в блестящей фольгированной упаковке, в красивых тюбиках и разноцветных банках. Благо, они оба пенсионеры, лекарства купила со скидкой.

Мужу все не легчало. Приехала скорая, забрала сразу в больницу. На фоне вроде обычного гриппа открылись другие болячки. Схватило желудок, бешено запрыгало сердце, снова кололо в боку. Больничные врачи были не многословны. Провели обследование, взяли анализы, назначили операцию. А вместе с ней выдали список лекарств на покупку. Анестезия, рабочий материал, свертывающие и восстанавливающие средства, еще что по мелочи. Список на две ее пенсии. А еще заплатить доктору, поблагодарить медсестричек, купить что покушать мужу для быстрого восстановления. Но как то нашлась, все купила.

А муж неожиданно умер. Не выдержал операции, подвело сердце. В пустую палату принесли его вещи и огромный пакет с лекарствами. Не пригодились. Она хорошо помнила всю нелепость той ситуации – желтый пакет с надписью THANK YOU! на клетчатом одеяле посреди белой комнаты. Пакет есть, а мужа вот нет. Вообще и никак.

Хоронили мужа по-скромному. Денег особо не было, хорошо, что помог собес. Дали гроб, деревянный крест, место на кладбище. На бывшей мужьей работе выделили катафалк и накрыли поминальный обед. Из провожающих были соседи по дому, пара общих друзей, несколько сослуживцев. Все поместились в рыжий пазик с траурной лентой на боковом зеркале. На кладбище был уже батюшка из ее церкви и пара певчих. Отслужили службу, попрощались с мужем, поехали поминать. Долго не оставались, было по-мартовски холодно.

Она сразу утратила интерес к жизни. Пока был живым муж, занималась им. Хлопотала по дому, следила за графиком приема лекарств, крутилась. А теперь всего этого не было. В квартире не убирала неделю, есть себе не готовила, сама никуда не ходила. Соседки пытались зайти или хотя б дозвониться ей на домашний. Но без результата. Через неделю встала. Жить надо было дальше.

Дома постоянно натыкалась на бывшие вещи мужа. Клетчатая рубашка, подтяжки под форменные брюки, кепка с кокардой. На балконе ящик для зимней рыбалки, бур, валенки и галоши. В кладовке какой инструмент, удочки и разные снасти. В комнате роговые очки, книжки и ворох газет. Мужа везде было много. Решила, что все продаст или раздаст его друзьям. Дала объявление, позвонила знакомым. Где-то за месяц продала всего с половину. Остальное раздала с условием помянуть мужа. Денег особо не выручила, но это было не важно.

Потом она заболела. Гриппом посреди жаркого лета. Соседки дивились, как это возможно. К врачам не холила, пользовала лекарства с запасов. За месяц таки оклемалась, хоть было и трудно. По-ходу болезни замучали почки, крутило все тело и постоянно рвало. Казалось, что все противопоказания к ее таблеткам ей же достались. Молилась богу, просила прекратить боль. Тогда впервые подумала, что не хочет вот так продолжать.

Денег особо не было, пенсии еле хватало на коммуналку и очень простую еду. Когда ты одна, тянуть платежи не просто, особенно, если зимою. Покупала хлеб, постное масло и еще картошку. Иногда гречку, молоко и масло – варила кашу. Бывало, что брала капусту, варила свеклу, натирала морковку.

В октябре сильно схватил желудок. Она сразу подумала, что это как этой весной у мужа. Позвонила в скорую, приготовила вещи, захватила тот желтый пакет с лекарствами. Проверила, все еще годное, с покупки прошло каких-то полгода. Ее сразу забрали, повезли в ту же больницу и ту же палату. Обследовали, взяли анализы, назначили операцию.

Погода заметно испортилась, зарядили дожди. За окном было серо и мокро. Деревья быстро теряли листву, в темное небо тыкались трупы старых акаций. Операция должна была быть завтра утром.
Уже после отбоя она встала с постели. Очень медленно подошла к окну, долго всматривалась в мутное отражение ночных фонарей. Прильнула лбом к мокрому стеклу и стала вдыхать аромат. На подоконнике стоял тот самый желтый пакет. Руки наткнулись случайно, противно зашуршал целлофан. Она резко отдернула руки, схватила пакет и закинула через себя в глубину комнаты. Тот глухо упал, треснула баночка, по палате разнесся запах эфира.

Посреди ночи в палату заглянула дежурная медсестричка. На полу комнаты валялся пакет с лекарствами, у окна сидела старушка. Из открытой форточки поддувало осенним ветром, бесцветные редкие волосы прилипли к уже холодному лбу и щекам. Ничего не видящие глаза так и смотрели на желтый свет фонаря. Лекарства снова не пригодились.

Facebook Comments

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *